Квартира №81 – обычная двушка в типовой многоэтажке, на окраине провинциального города. Хороша же она тем, что в ней, живём мы: я, мой муж, два наших сына и чёрная кошка – с виду обычная, но на деле совершенно особенная семья. В квартире №81 делятся секретами, совершают открытия, пекут блины, полуночничают, творят, взрослеют, мудреют, делают ошибки, любят, шутят и всегда рады гостям. Этот блог – мой, наш дом. С шумными праздниками и маленькими секретиками, наблюдениями и воспоминаниями, смехом и волнениями, вкусными ужинами и хмурыми утрами, такой, как у всех, и в то же время свой собственный…

Вряд ли в моей квартирке обитает вселенская мудрость или полезные ответы на все вопросы, но зато сюда всегда можно заглянуть на чашку чая, диафильмы и гитарную музыку, поделиться сокровенным, улыбнуться забавной истории из школьной жизни, вспомнить себя в детстве, помечтать, поболтать, почитать. Наша дверь никогда не заперта, заходите в гости))

четверг, 24 апреля 2014 г.

По другую сторону баррикад

Когда я училась в третьем классе и мне написал любовную записку сосед по парте, я гордо заявила ему, что он дурак, и перестала с ним разговаривать. Более того, я специально, чтобы он слышал, обсуждала с девчонками мальчиков из старших классов. Мне и в голову не приходило, что он может испытывать какие-то чувства по этому поводу.
Когда я училась в 7 классе, я уверяла всех и себя в том числе, что вот он, главный провожающий меня от школы до дома, мой вечный спутник, помощник, портфеленоситель, цветодаритель, телефоноболтатель – мой главный и лучший друг. И ему ничего не оставалось, как с этим согласиться.
Когда я училась в 9 классе, как-то на перемене ко мне подошёл парень из 10, и предложил встречаться. Вот так вот, в лоб. И я его не прогнала, хотя встречаться с ним вообще не собиралась. Так, ходили гулять, болтали, ели вкуснейшие шоколадки, привезённые его мамой из Австрии. И я делала вид, что не понимаю его намёков.
Я думаю, каждая из девушек сможет рассказать с дюжину подобных историй. И вряд ли кто из них всерьёз рассматривает чувства молодых людей, окружавших их в разные периоды их жизни. Все эти влюблённые мальчики, юноши, мужчины - так, декорации для сцен кокетства, любования, умничиния, демонстрации своих силы, красоты, оригинальности и прочих талантов, отшлифовки навыков обольщения того одного единственного в далёком будущем…
Но вот он, час расплаты! О, вовсе не когда тебе самой не ответят взаимностью или так же используют твои чувства в своих целях. Нет, это мелочи. А когда твой 9-летний сын впервые столкнётся со всем многообразием женского кокетства, и ты вдруг увидишь ситуацию с другой стороны. По ту сторону баррикад. И ничем не сможешь ему помочь… Бедные, бедные мужчины!!!
- Я не могу тебе сказать того, что мне сказала Настя! Это слишком ужасно! – в глазах сына злые слёзы.
А дело в том, что Настя – прирождённая вертихвостка. В свои 9 лет уже уверенная в своей красоте, а потому безнаказанности. И я знаю, в общих чертах, что такого ужасного она сказала моему сыну. Что она зовёт в гости то одного одноклассника, то другого. Что она дружит в школе то с одним мальчиком, то с другим. Что она написала валентинки нескольким приятелям. И что она целуется с первым встречным-поперечным, пусть пока по-детски, в щёчку: на радостях, в знак приветствия, в знак симпатии…
Мой сын не может об этом даже думать. От обиды, несправедливости, ревности, неумения и незнания как быть у него брызжут слёзы.
- Зачем, зачем она мне это сказала?! – убивается ребёнок.
- Да мало ли почему! – пытаюсь утешить его я, люто ненавидя все женское кокетство в чьем бы то ни было лице. – Она могла тебе специально так сказать, чтобы ты ценил то, что она тебя в гости пригласила. Вот, мол, я такая красавица, всеобщая любимица, а весь день с тобой, цени. Или для того, чтобы ты поактивнее был, а то от тебя ни слуху ни духу по пол года, а в школе орава доступных влюблённых одноклассников…
Лично я могу представить ещё несколько возможных сюжетов, зачем надо было будить зверя ревности в своём давнем, но пассивном поклоннике. Кстати, большинство из них говорят в его же пользу. Да-да, эта Настя заинтересована в моём Роме похлеще, чем он в ней. Иначе стала бы она ему строчить записочки? Обрывать телефоны? Звать в гости? Встречать его в роскошном платье? Сидеть с ним пол дня? И уж тем более рассказывать про свои победы на любовном фронте? Да ни за что! Это я как девочка говорю. У неё включился природой заложенный механизм флирта, пока тоже далеко не совершенный и неотточенный опытным путём. Но ведь оттачивает она его на моём мальчике!!! И это, о, кошмар, только начало. Практически понарошку. В 9-то лет! А что дальше будет?
Теперь, видя всё с изнанки, я понимаю, что все те мальчики, те безликие в моём детстве декорации, оказывается тоже испытывали чувства. Да ещё какие! Бурю чувств! Они, вероятно, так же плакали, рвали и метали, мучились без сна, тряслись от беспомощности, робели, краснели, стеснялись, падали духом, сходили с ума… А я просто об этом не думала. Как не думает сейчас Настя.
Но сейчас вместе с моим сыном так же схожу с ума и я. Мне так жаль его. Его нервов, его обид, его слёз. И так жаль, что он в один момент отдалился от меня на вселенную. Как бы я его не утешала, поддерживала, жалела  – он теперь на века по другую сторону баррикад… Ведь, что лукавить, будь я на месте Насти, я бы так же вертела хвостом. Но объяснить это влюблённому сыну я не в силах…
- Мам, я не хочу больше встречаться с Настей, - говорит вечером измученный неизвестными ему чувствами сын. – Моё сердце как щенок: запыхавшееся, лёгкое и бездумное. Не хочу так. К тому же я боюсь, что у меня закончатся все нервы, они же не пополняются…. И я сойду с ума… Скажи, что мне делать? Общаться или не общаться с Настей?
И что мне ему сказать? Что как бы он не поступил, он будет страдать? Что Настя будет его тем больше мучить, чем больше он ей будет нравиться? Что чем больше он будет страдать, тем ей будет приятнее? Что если он перестанет с ней общаться, это не уменьшит его боли?
- Тут тебе придётся самому принять решение, - ищу я достойный выход из положения. – В любви не бывает советчиков.
И это, конечно, не утешает моего сына.
…Наверное, это так и должно быть. Девочки кокетничают, мальчики страдают. Так было с нами, так было до нас, так будет и с нашими детьми. Но как же тяжело вчерашним кокетливым девочкам, вкусивших всех мальчишеских страданий в своём материнстве…

Мальчики, те мои влюблённые мальчики, если вы страдали хотя бы в половину того, что я наблюдаю сейчас, - простите меня за мое детское невежество.  Девочки, нынешние девочки, - берегите мальчиков, - они такие ранимые, когда скрыты от ваших глаз по ту сторону баррикад…

четверг, 17 апреля 2014 г.

Не флай-леди

Надо признать, что я не флай-леди. Увы. Эта популярное нынче учение об оптимизации хозяйства никак не приживается у меня на практике. Вот вроде читаешь принципы флая, и думаешь, а ведь действительно просто. Ну что стоит написать на неделю меню и готовить по этому списку из заранее купленных продуктов? Или 15 минут ежедневно прибираться в различных злачных уголках – сегодня в шкафу, завтра – в игрушках, и через пару недель обнаружить идеальный порядок дома. Или не перешагивать через брошенную детьми книжку, а походя поставить её на место. В общем, много там разных подобных хитростей и подсказок, как облегчить жизнь домохозяйке. И вот однажды, погрязнув по уши в хламе, пыли, игрушках, ползунках, крошках, книжках, и поняв, что справиться с бардаком у меня не получается, я начиталась самых разных рекомендаций, и решила хоть на время стать этой самой флай-леди.
Так, что там говорится… По 15 минут каждый день… И не перекладывать с места на место, а полная ревизия. Ладно, поехали. Вот мой шкаф. Сто лет как просит разборки. С него и начнём. Шварк всё на пол. Вот здорово-то!!! О, как прекрасны чистые и пустые полки в шкафу! Вот он идеальный порядок! Так, не теряем время. Футболки, трусы, колготки, носки – всё по кучкам. Ой. А это что за кофта? Да это же мне мама на 8 марта подарила! Надо примерить, я и забыла о ней совсем. А неплохо. Интересно, как будет с теми моими шортами? Где они, кстати? А, они в другом шкафу. Так, так, так, заодно и в другом шкафу приберусь. О, отлично, так и пойду завтра в развивалку с младшим. Только колготки надо найти под эти все одеяния. Их я только что складывала стопочкой. Ну, недолго вы лежали-скучали в порядке. Отлично, все подходит, можно дальше прибираться.
А вот и мои беременные брюки. Ну-ка, интересно, сильно ли я похудела с тех пор? Класс! Штанины прямо болтаются, прилично так я схуднула. Надо их выкинуть, пожалуй. Нет, выкинуть жалко. А вдруг сестра забеременеет? Или сестра мужа? Нет, пусть лежат. Вот здесь, рядом с джинсами. Или нет, рядом с зимними вещами? Подождите, штанишки, попозже придумаю, куда вас сунуть, чтобы прямо оптимально удобно вы лежали.
Вау, чулки кружевные!!! Да, было время… Чулки, корсет… А собственно говоря, почему это было, что ж я себя со счетов-то списываю?!! Ну-ка, ну-ка… Вполне себе сексуально…
- Ну ты прямо куртизанка! – в дверях появился муж. – А с комнатой что у нас? Ты что, все это барахло вывалила, чтобы чулки найти? – в глазах его появился ужас от масштабов погрома.
- Это я… прибираюсь, - процедила я, стаскивая чулки.
- Да… Я так сразу и понял – порядок! Мне нравится!
Когда это вечер настал? Я же 15 минут должна была прибираться?! Так, все в шкаф, в шкаф, не до оптимизации сейчас, главное с глаз долой, потом как-нибудь разберусь…
Первый флай-опыт комом. Но я же полна решимости. Неудача не заставит меня сдаться! Итак, шаг второй. Меню на неделю. Как в ресторане! Красота! Отравила мужа за покупками. Холодильник забит. Суп кипит, пирог пахнет на весь этаж, жаркое сладко попыхивает, компот и тот булькает. Вот она оптимизация! Мясо сразу на первое и на второе, пирог к чаю и на завтрак, все рассчитано и посчитано, теперь два дня я свободна от готовки, а там – дальше по списку. Что-то только подташнивает…
- Мам, меня тошнит, - заявил старший сын, придя из школы.
- Что-то меня тоже, - призналась я.
А младший ничего не сказал, просто стошнил...
Следующие три дня мы всей семьёй валялись с температурой и приступами рвоты. О еде даже не думалось. Суп скучал в холодильнике, жаркое стояло нетронутым, про компот мы вообще все дружно забыли и он бродил себе в удовольствие в мультиварке.
На четвёртый день я вяло наварила овсянку на воде и выкинула в помойку все своё недельное меню – и готовое, и испортившееся в сыром виде. И решила никогда больше не переводить столько продуктов впустую. Пусть по старинке, без бизнес-планов, зато сегодня мы будем есть то, что хочется именно сегодня, или вообще не будем готовить, если вдруг что-то пошло сикось-накось.
Что-то, наверное, я не так делаю. Начну с простого – просто убирать вещи на своё место, если прохожу мимо. Вижу цель – книжка, детская, раскрытая, на полу кухни. Беру и в шкаф. Но не успела я скрыться с книгой в руках за дверь кухни, как раздался вой. Пётр возмущён. Его книга. Он хотел её читать. На полу в кухне. Не ясно разве? И зайца не трогать? И печенье на полу ты положил, чтобы удобнее было лежа есть и книгу смотреть? Ладно, только не кричи! Бардака много, в другом месте буду его ликвидировать. Коридор. Обувь на полки, куртки в шкаф, пол подтёрла и даже коврик новый положила. Час любовалась порядком. Потом муж привёл Рому из школы. Миг и на вешалках какие-то грязные шапки, на полу разномастные чумазые ботинки, а на коврик уже кошка пописала. Порядка как не было никогда, а мне опять все мыть, все стирать…
В общем, я для себя поняла, быть флай-леди – очень удобно и здорово, при том условии, что ты не только флай, но и айрон. Такая вполне себе железная леди. Которая будет прибираться в шкафу за 15 минут, не отвлекаясь на чулки. Которая будет знать место каждой вещи и ловко их прятать, пока дети не углядели. Которая будет каждый день находить пусть не долгое время на уборку, а не стоять по 10 минут у окна, глядя как солнце пускает блики в окна соседнего дома. Которая будет вести книгу прихода-расхода и всегда знать, что у неё завтра на ужин, а не отдаваться вдохновению момента.
Я допускаю мысль, что когда мы купим всю мебель и разберём все коробки, оставшиеся со времён переезда, когда мои мальчики научатся не кидать яблочные огрызки в школьный рюкзак и не есть грушу, переходя из комнаты в комнату, оставляя за собой липкий след, когда наша кошка перестанет радовать нас своими сюрпризами в самых неожиданных местах, я снова попробую стать флай-леди. И буду летящей походкой фланировать по дому, ликвидируя бардак в самом зародыше. Но пока у меня не доходят руки до капитального бардака. Потому что все мои силы брошены на то, чтобы ликвидировать бардак стихийный: Петя поиграл с кошкиным кормом, пока я его подметала – полил цветы, пока я вытирала – растряс книги и пописал сверху. А Рома пришёл из школы в рваных штанах, с невыучинными уроками, голодный и грязный – стирать, учить, кормить, мыть. И я, увы, не только не флай, но и совсем не айрон-леди.
Я не могу жить по графику. Не хочу ограничивать себя рамками планов, расписаний, напоминаний, как бы они не облегчали жизнь. Я хочу прогулять весь солнечный день на улице и не думать, что моя 15-минутная ежедневная уборка от этого пострадала. И я устаю. Когда дети, наконец-то спят, я не хочу наводить порядок, пусть даже по 20 минут. Эти 20 минут мне дороги. Я хочу сидеть, пить чай, стучать по клавишам, читать книгу, смотреть кино, болтать с мужем. И мне наплевать на бардак вокруг. Я знаю, что пусть лучше у меня будет порядок в душе и голове, чем в коридоре и на кухне. А для этого мне нужны минуты тишины и покоя, а не жёсткое расписание, каждый отступ от которого мне придётся ликвидировать двойной дозой своего времени.

И когда наш быт совсем расползается по швам, я успокаиваю себя тем, что порядок хоть и большая часть уюта, но далеко не вся. И самые уютные дома, в которых мне приходилось побывать, вовсе не отличались чистотой и порядком. Они были наполнены стопками книг на полу, шерстистыми котами, запылившимися рамками, тяжёлыми шторами, сундуками, шкатулками, коробочками, следами муки на кухне и разноколибирными чашками. В этих домах частенько было грязно в коридоре, потому что там стоял десяток пар гостевой обуви, но в них никогда не было скучно. И в этих домах были удивительные хозяева, готовые принять вас в любое время, независимо от чистоты дома. Я думаю, они тоже были флай. Просто летели они на другой высоте. Или в другом направлении.

пятница, 11 апреля 2014 г.

Космос как предчувствие.

Как-то на родительском собрании учительница сказала, мол, товарищи родители, если кто что умеет делать руками – там куклу какую-нибудь, папье-маше, оригами -, приходите, проведите мастер-класс с детьми. Родители дружно покивали головами, а одна мама бодро от имени всех отрапортовала:
- Да конечно, все что-то умеют, обязательно придём!
- У вас был кто-то из родителей, проводил урок? – спросила я через пару недель у Ромы.
- Нет.
«Нет» было и через месяц, и через два. Ну, думаю, пора спасать ситуацию.
Но при ближайшем рассмотрении задача оказалась куда труднее, чем казалась на первый взгляд. Это же надо 30 детей 7-8 лет занять чем-то увлекательным, да к тому же доступным их пониманию и умению. Кроме того, вдруг выяснилось, что по большому счёту, я ничего не умею делать так хорошо, чтобы этому научить. Могу шарф связать. Или там пирог испечь. Но это не тот случай. А всякие аппликации они на уроках труда и без меня делают. В общем, ещё две долгие недели я маялась в поисках идеи. И вот, ура, грядущий день космонавтики натолкнул меня на мысль приурочить свой мастер-класс к этому празднику. Идея была простецкой – сделать с детьми бумажную ракету из ватмана и запустить её в небо на гелевых шариках.
С каждым днём моя задумка обрастала новыми деталями, превращаясь в грандиозный замысел. Я стала конспектировать план урока, рисовать наброски ракет, читать про космос, космонавтов, Белку и Стрелку, Байконур. Я даже прочитала книжку про Гагарина и с удивлением для себя узнала, что он был самый низенький в классе, и что в космос его действительно взяли не в последнюю очередь из-за его обаятельной улыбки. Я приготовила пламенную речь, про то, что раньше все мальчишки хотели стать космонавтами, и какая это героическая профессия. «А кто-нибудь из вас хочет стать космонавтом?» - приготовила я игривый вопрос и представляла себе, как после всех моих пламенных речей со всех парт повскакивают мальчики (а может и девочки) и, перебивая друг друга, будут кричать «Я! Я! Я!»
И вот в назначенный день я пришла в класс. В одной руке я тащила связку шариков, в другой огромный ватман и пакет с заготовками, клеем, ножницами, нитками, карандашами. Настроение было праздничное. Успела я как раз к началу перемены. Дети, гурьбой высыпав из класса, легким стадом пронеслись в буфет, едва не затоптав меня со всеми моими шариками. Мои улыбки и заготовленные фразы в один момент утонули в школьном гвалте. Тихонечко я проскользнула в класс, и, пристроив в углу шарики, принялась раскладывать заготовки ракеты.
- А давай привяжем их к Артёму, - услышала я шёпот за своей спиной. – А что, он у нас самый маленький, вдруг улетит…
Обернувшись, я обнаружила парочку мальчишек, проверяющих на крепость веревочки, свисающие от шариков до самого пола.
- Давай хотя бы цветок привяжем, - вихрастый ребёнок пнул ногой горшок с какими-то вялым жёлтым растением.
Не успела я отогнать от своего дидактического материала, парящего под потолком, юных экспериментаторов, как ко мне подошла девочка с большими глазами и очень тихо  и очень серьёзно попросила:
- А можно мне вот тот шарик. Розовый.
- Нет, - говорю, - их всего 10, а вас вон сколько, кроме того они все нам понадобятся для общего дела.
Девочка обиженно уселась за свою парту и отвернулась.
Вот, думаю, хотела подарить детям праздник, а пока сплошные разочарования…
Один за другим дети возвращались в класс и рассаживались по своим местам.
- Ну что, начнём, пожалуй, - дала отмашку учительница, оставив меня один на один с тремя десятками разгоряченных переменой и предвкушением интересного занятия первоклашек.
Обозначив их задачу – нарисовать своего пассажира или космонавта для нашей общей ракеты, я принялась клеить сам летательный аппарат. Одновременно я бодро начала вещать заготовленную теоретическую часть.
- Мы приклеим ваших космонавтов к ракете, привяжем ракету к шарикам и она у нас улетит высоко-высоко, прямо в космос… - радостно начала я.
- Ну, знаете ли, это физически невозможно, - лениво качая ногой, подал голос рослый мальчик с первой парты. – Шарики не смогут преодолеть стратосферу…
- Ну мы попробуем, - попыталась я отвлечь умника, - куда-нибудь да улетит… Так вот, первым в космос полетел…
- А если шарики нашу ракету не поднимут, - поинтересовался мальчик прямо передо мной.
- А можно я цветочек нарисую?
- А я вообще ничего не буду рисовать!
- А подойдите, пожалуйста, у меня вода грязная пролилась на парту!
- И ко мне подойдите, мне глаза надо помочь нарисовать!
- А я уже все нарисовала, посмотрите!!!  Меня кошка в космос полетит.
- А у меня робот!
- Нет, это у меня робот, так нечестно! Я первый робота стал рисовать!
- И я уже все! Посмотрите, посмотрите!
- Это что? – спрашиваю. На листочке нарисован кособокий человечек в юбке и подписано «Настя – дура». – Дура не может лететь в космос, - пытаюсь вразумить детей и не дать разгореться ссоре. А в руках держу уже следующее творение: аналогичный рисунок и подпись «Оля - сама дура».
…Судорожно прыгая от парты к парте, утешая одного, помогая другому, разнимая третьего и четвёртого, я за 45 минут так и не смогла сказать ни одного слова из подготовленной мною речи. А голос тем не менее сорвала…
В конце концов все космонавты были готовы. Приклеивая пассажиров на ракету, я с удивлением обнаружила, что наш экипаж состоит из животных, роботов, цветов и игрушек. Ни одного человека.
- А из вас никто не хотел бы в космос полететь? – спрашиваю, несколько озадаченная я.
- НЕ-ет!!! – дружный хор в ответ.
- Почему же? – удивляюсь и жалею, что не удалось мне рассказать, какая это интересная, героическая и романтическая профессия – космонавт.
- Потому что это опасно, - тоном, каким разговаривают с умалишённым, ответил все тот же умник с первой парты.
Домой, домой, подальше от этих галдящих, прагматичных всезнаек. Я так звонка с урока ждала последний раз на уроке биологии в 10 классе, когда была не готова, а нашей биологички боялась вся школа, потому что она не только пару бы влепила, но и растоптала бы твою репутацию и чувство собственного достоинства, как крошки от мела, нападавшие у доски.
На перемене мои первоклашки выскочили на крыльцо. Под лучами весеннего солнца, при виде гуляющих детей и глубоких ручьев, их и без того скромное внимание мгновенно рассеялось. Пытаясь придать хоть грамм торжественности, говорю какие-то слова, которые даже сама не слышу, и ракета, привязанная к шарикам, взмывает в воздух. Оглянувшись, обнаруживая рядом с собой лишь учительницу – дети, почуяв свободу, разбежались кто куда.
- Ну, я, наверное, пойду, - севшим, а оттого зловещим голосом прощаюсь я.
Не так, эх, не так видела я себе этот урок космонавтики.
- Они меня не слушали! Они кричат, они дерутся, даже девочки! Они не хотят в космос! – пытаясь придать своему шепоту эмоциональность, высказывала я мужу. – Чтобы я ещё раз пошла к этим маленьким монстрам!.. Бедная, бедная учительница, как она с ними справляется?!
…Сын, вернувшись из школы, громыхнул портфелем, кинулся ко мне с объятиями:
- Мама, ты самый лучший учитель!!! Там так всем понравилась ракета, только о ней и говорили! Мы даже бегали за школу и смотрели, как она летит. И все спрашивают, придёшь ли ты ещё.
- Обязательно приду, - прошипела я.

среда, 9 апреля 2014 г.

И никаких перемен...


Не люблю весну. Не разделяю всеобщего ликования, по поводу наступления «первых весенних деньков». По факту эти первые весенние деньки оборачиваются скверной, ветреной, промозглой погодой, грязью под ногами, больным горлом и тревогой на душе.
- Как можно не любить весну? – едва ли не возмущается моя приятельница на работе. – Это же тепло, это же перемены, это же, наконец, можно раздеться - убрать дублёнку в шкаф и надеть пальто, шпильки, юбку покороче!
Я же в этот момент с тоской глядела на серое небо за окном нашего офиса, косой колючий снег, и думала: чего дались всем эти перемены, которые каким-то загадочным образом должны происходить именно весной? Можно подумать, перемены спали всю зиму в берлоге, а на 1 марта у них был поставлен будильник. Это нездоровое поголовное ожидание грядущих перемен для меня сродни какому-то болезненному зуду: чешешь-чешешь, а только хуже. Потому что, как подсказывает мне мой жизненный опыт, никаких особых перемен весна с собой не приносит.
- Ты когда познакомилась со своим мужем? – спрашиваю я любительницу мартовского распутья.
- В феврале.
- А я в августе. Вот это – перемена, я понимаю. Никакого отношения к весне не имеющая.
И ребёнок родился у неё осенью, у меня –зимой. И работу, как выяснилось, мы меняли обе не по весне. И переезжали в новые жилища – тоже. Так посмотреть, так весна это вообще время затишья. Холодно, темно, авитаминоз, усталость, накопившаяся за всю зиму, и день мало чем отличается от 28 или 27 февраля…Межсезонье одним словом. Ни то, ни сё…
- Вот, полюбуйтесь, я в пальто! – следующим утром вертится сослуживица перед зеркалом в кабинете.
- Так ведь на улице -5! – удивляюсь я. – А ты в колготочках и поддергайке!
- Ну так весна же!
Ничего, что за окном ещё вполне себе зимний мороз и снег лежит сугробами. Но если ты в пальтишке и капроновых колготках, то ты всем своим видом как бы узакониваешь наступившую весну. Ура, дождались! Перезимовали! Не желаем больше терпеть! Вот вам весенний гардероб! Холодно и неудобно? Зато по-весеннему!
- А я вот лично в минувшие выходные каталась на лыжах, - пытаюсь я вернуть ярую поклонницу весны в реальность. Но моё признание расценивается как диверсия: как, на лыжах! Ты что же не хочешь, чтобы весна наступила?!
Да я в общем-то хочу, чтобы весна наступила. Я просто не понимаю этого оголтелого желания зависеть от календаря и каких-то дат. Она же наступит когда-нибудь, независимо от того, буду ли я зарабатывать себе цистит в тоненьком пальтишке или продолжу кататься на лыжах. Буду ли я поднимать тосты за «1 марта» или брезгливо морщиться, наблюдая, как из под снега всплывает всё, что за зиму нагуляли собаки…
Независимо от того, как я одета, причёсанна и настроена, весна наступит. Настоящая весна, которую я люблю. С веснушками на родном носу сына. С тополиными липкими листочками, прощенными на подоконнике. С золотыми черпашками мать-и-мачехи. С ледоходом. С первой грозой. С сонной божьей коровкой, белыми клетками классиков на подсохшем асфальте, с тепличными, ароматными огурцами и длинными сумерками. С тем удивительным весенним запахом из детства: стылой земли, синего неба и сырой древесной коры. И плевать на пальто и его модность.

А главное - никаких перемен. Каждый год одно и то же, но этим весна и хороша: ветром в волосах, освобождённых от шапки, звонким щебетом птиц по утрам, солнечными зайчиками от окон соседнего дома и тем, что год от года будь тебе 6, 14 или 30 лет, видя ручьи, тебя посещает одна и та же мысль - попускать кораблики…

пятница, 4 апреля 2014 г.

Еще раз про любовь...


- Мам, почему надо влюбляться? Я не хочу… - возмущается сын. – Ну вот я хочу думать о друзьях, о лего, о том, как буду играть с Егором, а мне думается о Насте. И сердце моё стучит… И о Саше, о том, что Сергей всем разболтал, что мы с ней ну, это… любим друг друга.
- Подожди, подожди, так ты двоих девочек любишь?
- Выходит, что да… Эх, непростая штука любовь…
Начать с того, что в Настю Рома влюбился давным-давно, ещё в садике. Она, первая красавица в их группе, с белоснежной косой и лазурными глазами, его надежды не лишала, но крутила параллельно ещё пару романов. И даже когда Рома передал ей валентинку, она решила, что это от другого мальчика. Сколько лет прошло, а то первое недоумение – как же она могла не понять, что это от меня – Ромка так и не забыл. С Настей они оказались в разных школах, и скоро попытки ходить в гости и на дни рождения сошли на нет. Сложно поддерживать отношения при совершенно разных режимах и при отсутствии дружбы между родителями.
Рома грустил. Вспоминал что Настя ему говорила, как смотрела, что подарила… А потом появилась она – другая девочка. Тихая, полноватая, с двумя хвостиками… Девочка, которая заставила меня восхититься её женской мудростью. Вот бывают такие женщины от рождения, которые нутром чувствуют, что надо делать, чтобы получилось по-твоему. Саша втрескалась в Ромку по уши. Он, по наивности, весь первый класс об этом даже не догадывался, поскольку длинные взгляды и дрожащие ресницы не достигают сердца 7-летнего мальчика по определению. И вдруг, о, Сашино счастье, их посадили вместе, и не прошло и месяца, как Рома признался:
- Мам, мне кажется нравится Саша.
- Хорошо, - говорю, - и чем?
- Ну, она очень добрая, спокойная и весёлая…
Вот они, три кита, на которых покоится мужская привязанность. Это в период гормонов и понтов важно, чтобы девочка была модной, прикинутой, свойской, худой, а в первом классе, да и потом, уже в зрелом возрасте, если ума прибавилось, важно, чтобы добрая, спокойная и весёлая. Я помню, как возмущались мои девушки-приятельницы, мнящие себя роковыми красотками и высокими интеллектуалками, когда наш общий знакомый обрисовал свой женский идеал:
- Я хочу, чтобы когда я пришёл домой, меня ждала тарелка с дымящимся борщом и приветливая улыбка над ним.
- Знаешь, мам, я с Настей всё время чего-то стеснялся, а с Сашей мне просто легко…
Да, надо родить сына, чтобы постичь простые истины…
Саша, между прочим, времени зря не теряла. Сначала она ему дала запасную ручку, потом ластик, потом Рома перестал носить в школу свои карандаши и прочую канцелярию, потому что у Саши всегда всё было в двойном экземпляре и прекрасном состоянии – чистенько, наточено. Забыл учебник – пожалуйста. Забыл деньги на обед – вот яблочко, пожалуйста. Контрольная – пожалуйста. К тому же с ней, весело. Она и пошутить может, и поговорить, как с другом.
Кроме того, она всегда здоровается со мной. Не то дежурное «зрассе», которое раздаётся в школьном коридоре при появлении любого родителя, а персональное «Здравствуйте по имени отчеству», оторвавшись от своих дел. Более того, она могла подойти ко мне и сказать:
- А вы знаете, что Рома любит играть вот в такую игру? А можно попробовать сделать вот так и так. Ему будет интересно…
Ох, мне бы её мудрость! Метит ведь в самое яблочко!
И как итог – без войны и страстей – Ромины бастионы пали, и, пусть колеблясь в своих чувствах, он пишет записку с ответным признанием.
- Мне что-то не очень нравится, что Рому так быстро окрутили, - недовольно ворчит муж.
Бедный, бедный, наивный мой муж… Ему пока не посчастливилось родить дочку, чтобы постичь женскую суть…
И вот, только-только страсти улеглись, только Рома определился в своих привязанностях, как на тебе – письмо от Насти. Валентинка. Год спустя. Переданная через одноклассника, и по счастливому стечению обстоятельств Роминого друга.
Как так получается? Каким образом природа решает, что одна будет методично, не покладая рук, строить своё счастье, а вторая, по законам мелодрамы, вносить хаос в чувства одним своим появлением?
Записка в жанре той же мелодрамы: послание, написанное розовой ручкой, приложенная фотография, где Настя с распущенными по ширине кадра локонами, кокетливая приписка от подружки и полный список адресов и телефонов. На языке взрослых это бы переводилось: я доступна по все фронтам, действуй!
Рома расстроился больше, чем обрадовался. Потому что сердце влечёт его к блондинке Насте (ну ещё бы!!!), но и к Саше он уже привязан (её стараниями).
Да, думаю, всё-таки миром правят женщины…
- Ну почему мозг не может быть главнее сердца? Мозг же всем управляет? Почему он не может приказать сердцу не любить? Я люблю Сашу. И люблю Настю. И не хочу думать, кого больше! Не хочу вообще о любви думать! Почему я не могу? Это не справедливо?! – причитает в ночи мой ещё такой маленький ребёнок, взъерошенный, в пижаме и с босыми пятками.
И меня так и подмывает сказать ему, что то ли ещё будет, и что это мужская доля любить Сашу и любить Настю одновременно, мучиться и не знать, кого же выбрать, доля, избежать которой удаётся единицам мужчин… Но вместо этого, я обнимаю пока ещё своего мальчика и говорю, что иногда сердце всё же важнее мозга. Главное его правильно и вовремя услышать…

Первый и последние этажи не предлагать…

Когда я первый раз зашла в эту квартиру, я поняла, что остаюсь именно здесь. Хотя она не отвечала ни одному требованию, заявленному нами агенту. Маленькая. Ни кладовки, ни хламничка. Лоджая кривая какая-то и совсем кукольная. Но главное – последний этаж 17-этажного дома. Это при условии, что я хотела жить не выше 4-ого, и уж категорически отказывалась даже рассматривать последние этажи. Как мы привыкли думать: летом жарко, зимой холодно, лифт не работает, вода из крана не течёт, а по потолку – в первый же дождь…
Но наша квартира светилась – в ней было столько окон и света, что она казалось нарядной, умытой, праздничной, несмотря на гнусную муниципальную коричневую краску в ванной и пол, покрытый слоем какого-то чёрного строительного мусора.
- Вот это светёлка! Похоже, мы нашли квартиру! - повернулась я к мужу.
- А как же «только не последний этаж»? – напомнил он мне.
- А это уж не важно!
Дело в том, что до этого мы 8 лет прожили на первом этаже. И даже 3 этаж для меня уже было высоко.
Надо сказать, когда мы въезжали на первый этаж, сомнений было тоже немало. Но, то ли с квартирой нам тогда тоже повезло, то ли новые дома всё же строят как-то по-другому, и все страшилки про «первый и последний» их уже не касаются…
В своей первоэтажной квартире я видела только плюсы. Живёшь как будто отдельно, как будто вход в подъезд твой персональный. Зашёл и сразу дома. От лифта не зависишь, с соседями в лифте не общаешься, ребёнок 10 минут в подъезде не жарится, пока лифт приедет-уедет. Нижние жильцы не ломятся к тебе с угрозами вызвать полицию, потому что вы топаете, как слоны в 12 часов ночи. Затопить опять же никого не получится. Мусор выкинуть – дело секунды. Велосипеды, снегокаты, коляски и прочий транспорт въезжал в дом прямо с улицы легче простого. Из-за близости к подвалу, которой нас так пугали, у нас царил удивительно ровный климат – летом было свежо, а зимой всегда тепло. А перед окнами я посадила сирень, и это был мой личный маленький садик. Единственное, что мне не нравилось – немного было слышно входную дверь. Жить, конечно, это не мешало, но приглушённые хлопки двери то и дело прослушивались. А мужу не нравились решётки на окнах. Они просто раздражали его своим наличием. И тем, что солнечный свет, который падал к нам в комнату, тоже был в полосочку – через решётку…
Но когда мы надумали менять квартиру, я бы снова уехала на первый этаж. Только, чур-чур меня, не под крышу…
Сейчас я так же могу сказать и про 17. Меня больше не пугают квартиры на последнем этаже. Летом у нас так же жарко как и на 16, и на 15. К тому же все подобные неудобства сегодня можно решить с помощью плотных штор и кондиционера, которого, кстати, у нас уже много лет так и нет. Вода течёт, крыша (тьфу-тьфу-тьфу) – нет. Лифт (их два к тому же) пару раз барахлил. Один раз муж со страшим сыном там даже застряли. Но для меня было главным не застрять в лифте по дороге в роддом (обошлось), ну а в остальных единичных случаях этот вопрос решается довольно таки быстро.
Приятным сюрпризом стало и то, что до такой высоты не долетают ни пыль, ни пух, ни, главное, комары. Так что живём без москитных сеток даже в самый сезон.
Зато однажды в вентиляционной шахте, что в туалете, пыталась свести гнездо ворона.
- Почему у нас в туалете перья лежат на всех поверхностях? Ты у меня не царевна-лебедь, случаем, - как-то поинтересовался муж.
Перья подмели. Но они с исправной регулярно появлялись снова и снова, а потом к ним стал прибавляться разный птичий строительный мусор – палочки, ветки, мох, солома. Все это сыпалась на голову в самые интимные моменты.
- Прогони её, - агитировала я мужа.
Муж ковырялся палочкой в вентиляции, надеясь, что птица напугается и перестанет к нам летать, и переживал:
- Она точно яиц ещё не снесла? А вдруг она уже всё построила, а я сейчас сломаю, и она не успеет в этом году новое гнездо свить?
- Всё она успеет, только начала, ещё рано для птенцов, - увещевала я его. Не растить же воронье семейство в собственном туалете.
Птица оказалась бесстрашной, мужниных угроз не боялась и уборка лесного мусора в туалете стала для меня просто ежедневным ритуалом.
- Слушайте, у нас в туалете птица гнездо вьёт, - обратилась я к председателю нашего дома.
- Ну, я схожу на крышу, посмотрю что там, - ответил он после долгой паузы и проводил меня задумчивым взглядом.
Через день подбегает ко мне во дворе, и задорно так сообщает:
- А ведь и правду вьёт. Но совсем низко, с крыши не достать, вам надо из дома её гнездо рушить.
- Рушь гнездо, - говорю мужу. – председатель велел.
И вот, вооружившись ведром, длинными палками, перчатками и строительными очками, муж полез прогонять нашу нежданную соседку. Три пакета мусора выковорил из вентиляции. Не то что гнездо, дом можно из этого поострить! Ну, шалаш уж точно… Птица после этого оскорбилась и улетела вить гнездо в более гостеприимном туалете. А на вентиляцию председатель поставил решётки.
Не считая этого приключения, жизнь на 17 этаже мало чем отличается от первого. Разве что видом из окна. Первое время я могла часами стоять и как заворожённая смотреть на город, который раскинулся под нашими окнами, как на ладони, на машинки, домики, горизонт – настоящий горизонт, да! И никаких решёток на окнах.
- Я так хорошо себя чувствую - открываю глаза утром, а за окном только синее небо – ни решёток, ни стены соседнего дома, ничего, свобода - радуется муж.
А ещё говорят, воздух на такой высоте чище.

Так что пожив на первом и последнем этажах, могу сказать – везде хорошо. Главное, чтобы дом тебе свой нравился, и домашние нравились, и вид из окна – на горизонт ли или на куст сирени. И счастье в доме, а не в этаже.