Квартира №81 – обычная двушка в типовой многоэтажке, на окраине провинциального города. Хороша же она тем, что в ней, живём мы: я, мой муж, два наших сына и чёрная кошка – с виду обычная, но на деле совершенно особенная семья. В квартире №81 делятся секретами, совершают открытия, пекут блины, полуночничают, творят, взрослеют, мудреют, делают ошибки, любят, шутят и всегда рады гостям. Этот блог – мой, наш дом. С шумными праздниками и маленькими секретиками, наблюдениями и воспоминаниями, смехом и волнениями, вкусными ужинами и хмурыми утрами, такой, как у всех, и в то же время свой собственный…

Вряд ли в моей квартирке обитает вселенская мудрость или полезные ответы на все вопросы, но зато сюда всегда можно заглянуть на чашку чая, диафильмы и гитарную музыку, поделиться сокровенным, улыбнуться забавной истории из школьной жизни, вспомнить себя в детстве, помечтать, поболтать, почитать. Наша дверь никогда не заперта, заходите в гости))

понедельник, 25 апреля 2016 г.

Какая наглость!

Кто-нибудь может мне подсказать, когда наши дети стали такими наглыми???
Нет, нет, с виду они очень вежливые, здрасте-пожалуйста отвесят тебе в нужный момент без проблем, но ведь наглые! В какой-то момент я осознала, что мне периодически приходится напоминать им всем (всем детям которых я знаю), что вообще-то я взрослая. Вот в том гнусном смысле, что я-де опытнее, воспитаннее, образованнее, да и просто пожила, в конце-то концов! Кто б мне сказал, ни в жизнь не поверила, что мои демократические взгляды на отношения отцов и детей так сильно пошатнутся!
Ну правда, при всём моём уважении к личности ребёнка, меня прямо бесит, когда тот от прямого вопроса, обращённого к нему, просто отворачивается в сторону и делает вид, что тебя не видит и не слышит. И вопрос-то может быть невинным, вроде как спросить у мальчика, с которым тренируется твой сын,  который прекрасно знает и сына и меня, давно ли закончилась тренировка. Так и хочется потопать ногами и повизжать: эй, я вообще-то мама твоего приятеля, вот она я, я тебе вопрос задала, что за игнор!!!! Но, конечно же, стою, молчу, смакую унижение. Или что это? Как мне это расценивать?
В этом же ряду просьбы не орать у нас дома, не кататься с опасных горок, не играть в опасные игры, не ругаться грубыми словами в моём присутствии, остающиеся без внимания перманентно.
Блин, дети, вам взрослый человек (прям содрогаюсь каждый раз от этой формулировки, но как иначе?) делает замечание! Эй-ей! Минуточку внимания! Но нет же! Полный ноль!
Или пришёл к нам тут в гости приятель  старшего ребёнка. Время к вечеру, а он всё в гостях. За окном уже темень кромешная, живёт он прямо скажем не в соседнем доме, и в конце концов я ненавязчиво интересуюсь: тебя во сколько забирать будут, успеете, мол, с собакой вместе погулять или нет?
- Вообще-то, это вы меня отвезёте, - говорит 10-летний молодой человек тоном, не требующим возражений, хлопая ресницами прямо мне в лицо.
- Вообще-то, нет! – брякую я в состоянии аффекта.
А что я должна была ему сказать?! У мужа работа, у меня планы,  ужин готовится, младший внимания требует, подруга на пороге… Да и бог с ними, с планами, что за это за формулировка?! Да и с какой стати он  заставляет меня оправдываться?!
Я молчу про то, что 90 процентов эфирного времени мой телефон используют вот эти подросшие дети. Звонками и разговорами. Мой телефон, хотя у сына есть свой. Я этакая секретарша этих детей.
- Э-э-э… Здрастье, а Рома… - они даже не утруждают себя извинениями или просьбой позвать его к телефону.
И ладно бы это было время от времени. Знаю, и мой сын любитель позвонить маме приятеля, когда тот долго не берёт свой телефон, но всё же одному-двум самым близким приятелям и не ежедневно…
Сначала меня это вставляло: вот я какая добренькая и демократичная мама, мальчишки меня не боятся, звонят вот, если надо. Но потом я быстро поняла, что «добренькая» и «демократичная» здесь ни при чём. Они тарабанят просто  потому, что так удобнее. Я ж всегда возьму трубку и всё им расскажу: где Рома, когда освободится, что задали и сможем ли мы там кого-нибудь из них подвезти… Особенно мне хочется потопать ногами, и повизжать, что я вообще-то взрослая и это мой, мой личный телефон, когда в субботнее утро в 8.00 я слышу 11 вызовов подряд от очередного сыновьего приятеля…
- Ну и где вы? – недовольно спрашивает меня в трубке звонкий голосок мальчика, которого мы должны забрать по пути на мероприятие, хотя три минуты тому назад я сказала ему, что будем через пять минут.
- Едем, - говорю, отдыхивая негодование в окно машины. Думаю про себя: что за пренебрежительное «ну и где вы?» Я что, подружка ему? А вслух говорю:  - Подожди ещё две минутки, пожалуйста. – Чёрт бы дёрнул моё воспитание!
Но ладно чужие, мой-то, мой-то! Недавно заявляет:
- Дай мне номер тёти Оксаны, я ей позвоню.
Не спрашивает, а прямо требует.
- Зачем? – говорю.
- Да я хочу с ней разобраться, потому что её Ваня сделал такое, такое!.. – далее не суть важно, повздорили они, короче, с этим Ваней.
Да что ж делается-то? Это в голове не могу уложить! Чтобы я, в своём детстве захотела позвонить чьей-то там маме, чтобы рассказать, как не права моя подружка была, и как эта самая мама плохо её воспитывает! Типа, примите меры. Куда это годится?
- Друг мой, - отвечаю, - нет. Разбирайся с Ваней сам. Без его мамы, уж будь любезен.
Сын вот тут, разумеется, потопал ногами, потому что он взрослый, а в действительности потому как очень хотел, чтобы с Ваней разбиралась мама, а не он сам. В итоге с Ваней у них мир, лучше прежнего, а  мама Вани, моими усилиями, живёт со спокойными нервами.
Или объясните мне, почему все юные гости ходят по нашей квартире, не ведая преград и ограничений, трогают все вещи без спроса, а некоторые, пардон, и в холодильник заглядывают? Меня каждый раз обуревает буря чувств! С одной стороны они ж личности. Любознательные, непосредственные и далёкие от шаблонов и условностей. И это прекрасно! Но я ж тоже личность. И мой холодильник – это моё очень интимное пространство!
Или вот ещё тема. Приятель отозвал моего сына на день рождения. 10 лет, юбилей.
- Ну, прекрасно, - говорю, - чего, думаешь, подарить?
- А он просил деньгами, - не моргнув глазом, ответствует ребёнок и даже озвучивает таксу.
Спокойствие, только спокойствие, оставим мои моральные принципы, мало ли какая у них ситуация в семье, пускай деньгами. Вручила конверт.
Через пару недель картина повторяется. Новый юбиляр и новый взнос. Такой, знаете ли, приличный взнос. Не на книжку или фломастеры, явно.
- Слушай, - намекаю, - это как-то не правильно. – Вы ж ещё дети. Деньги не зарабатываете. Подарок всё же в первую очередь твоё отношение к другу, а не только чек  и бла-бла-бла, - включаю предка.
- Нет, мама, все будут дарить деньги, - неприклонен ребёнок.
И вот когда подгрёб собственный ДР сына, я поняла глубину катастрофы. Мой милый мальчик сидел и считал, сколько ему надо позвать народу, чтобы ему хватило на то, о чём он мечтал, при условии, что каждый гость подарит ему энную сумму.  Не друзей по степени близости, не определённое количество ребят для веселья, а именно число гостей. Умножать, к счастью, он умеет хорошо…
Тут  мой внутренний взрослый опять как следует повизжал и потопал ногами.  Нет, это наглость, кто бы мне что не говорил. Это просто борзость! Больше мы  подарки деньгами на детские дни рождения не дарим. Никому. Начиная с моего сына.
Кстати, о деньгах…  Из любимого.  Декорации те же. Приятель сына в гостях. Хоть и день на дворе, мы все дома. Муж мой, который частенько работает дома, тоже дома.
- А кем работает папа Ромы? – наивно интересуется у меня гостевой ребёнок.
- Музыкантом, - не без гордости отвечаю я. Все же не у всех папы музыканты…
- Хм… - скептически вздыхает мальчик. – И много ли он этим зарабатывает?
Хм, уж не обсудить  ли с тобой все тайны нашего бюджета?
Когда они стали такими… бесцеремонными? И, скажите, может это неплохо, а я махровая ханжа? Может мы так долго как раз к этому и шли, убирая обращение «тётя» и «дядя» к взрослому, как в продвинутых странах? Чтоб ребёнок с младенчества подругу мамы только по имени звал? Или в этом виновата так и не понятая мной идея-фикс быть не родителем, а другом, своего ребёнка? Таким своим парнем, без морализаторства, чтобы не дай бог в родительство не скатиться? Или просто они действительно взрослеют раньше?
Я не сторонник  всяких фразочек, вроде «боится, значит уважает» и прочей пустой авторитарности взрослых. Я очень даже «за» равноправие мнений, уважение к личности независимо от возраста и доверие между детьми и родителями. И я очень стараюсь не быть «предком» для своего сына. Но я и не хочу быть «своим парнем». Потому что я мама. Мама, со всем тем уважением, которое можно вложить в это слово. И да, я взрослая для своих детей и их друзей. Тут уж ничего не поделаешь. И я убеждена, что мы с нашими детьми не в одной лодке. В том смысле, что наша река несётся гораздо быстрее, пороги на ней круче, а решения ответственнее. А они плавают на большом резиновом плоту в заводи. И именно поэтому взрослый вправе ожидать ответа на свой вежливый вопрос, удовлетворения своей вежливой просьбы и уважения к своему пространству и своему времени. Для меня это вопрос вежливости и хорошего воспитания. Именно это, а те формальные зрасте-пожалуйста, которыми так щедро сыплют нынешние дети…

среда, 13 апреля 2016 г.

 С днём рождения, kvartira81!

12 апреля мой блог скромно отметил своё двухлетие. Надо сказать, что в этом году я его, вероятно, сильно разочаровала. И себя тоже. После творческого первого года, новых знакомств и перспектив, я совершенно не ожидала такой рутины на втором году жизни блога. Но мои мальчики вошли в такой режим, что, правда, лишили меня всяческого личного пространства и времени. Пётр так и не пошёл в садик. Зато Роман пошёл в первую смену в школу. В итоге они имеют вечно невыспавшуюся мать, которая то гуляет и занимается с одним, то занимается и возит на тренировки другого. Они даже спать ложатся не вместе, а по очереди, и столько времени на укладывания я не тратила даже с младенцами! А ещё они очень много едят. Очень, очень, очень... Каждый день, на завтрак, ланч, обед, полдник, ужин и вечерний ужин. Иногда я чувствую себя каким-нибудь животным, смысл жизни которого в том, чтобы прокормить своё потомство. Так что этот год оказался у меня самым не продуктивным за всю мою жизнь. На самом деле, я вообще не жалуюсь, и жизнь моя прекрасна, без нервотрёпок, работ, беготни, попыток урвать часик на детей, но вот мой блог... Заставляет меня страдать от чувства вины и нереализованности. И периодически я слышу фразочки и получаю сообщения: ну где же, где, где новьё?!  В действительности мой блокнот с идеями, задумками и записями пухнет и растёт. И однажды всё появится и в блоге.
Тем не менее, статистика показывает что вы заходите и читаете мои опусы. И даже больше, чем год назад. И это придаёт мне уверенности и сил. Подводя итоги за два года, публикую пятёрку наиболее популярных текстов, так, как мне показывает это статистика моего блога, с которой я со своими пристрастиями не всегда соглашаюсь. 
Трамвайная остановка Неожиданно, но самой посещаемой оказалась рецензия на журнал "Трамвай". Может, многие так же как и я ностальгируют по нему?
Наша книжка Секрет этого взлёта в том, что это была конкурсная работа, занявшее первое место. И это тоже здорово!
Игорный клуб Целая рубрика, посвящённая настольным играм оказалась в числе фаворитов. 
Деревенский дневник городской девушки Тут не могу не согласиться, в свой бы список я этот пост тоже внесла.
Фу! сериал! И опять рецензия. Видимо, это заслуга поисковиков)) хотя и совершенно не научилась с ними работать.
Ну, и раз уж я заикнулась о своём рейтинге, то он бы выглядел вот так:
Не флай-леди Насколько мне известно, текст разошедшийся по сети часто без ссылки на меня, а потому незаслуженно не набравший статистики.
Девушка с букетом Текст, горячо любимый мною, был убран с сайта для участия в одном конкурсе. В конкурсе удача его не постигла, но он не перестал быть одним из моих любимцев. В блог его вернула, мои внимательные читатели, не думайте, что я сошла с ума и начала публиковать прошлогодние записи по второму разу))
Зверинец у крыльца Из опубликованного на втором году один из самых мне дорогих. Ну, может, это потому, что я просто люблю покопаться в своём детстве. Хотя статистика у него тоже хороша.
Зато я прибежал первым Ну, как без него, когда там столько о нас?!
Вкус детства Рубрика, на которую я возлагаю большие надежды, и для которой вынашиваю много идей, хотя в этом году ей и не много перепало.
Далее я могла бы продолжить, поскольку не могу сказать, что ставлю у себя в блоге какие-то тексты, которые мне не нравятся категорично. И я бы хотела пока сохранить свою kvartira81 в этом виде - с литературным налётом, а не просто обо всём на свете и каждой секунде и наблюдении своей жизни, как сейчас делают многие блогеры. А для этого мне нужно время, вдохновение и, конечно, читатели. Заходите в гости почаще! 

пятница, 8 апреля 2016 г.

Игорный клуб. Загадочные картинки

Моя сестра всё время ездит по гостям с огромной тяжеленной сумкой. Кажется, что она собрала все свои вещи и приехала не в гости, а жить. На самом деле в этой сумке она таскает игры. Так уж повелось, что она – хранительница и собирательница огромного количества настольных игр. А мы – только пользователи. Зато весьма активные. И редкий семейный сбор обходится без той или иной игры. И, удивительно, как преображается любой вялотекущий ужин при появлении на столе коробки с карточками, например. Мои дети и мои родители, бабушки, знакомые… Разных возрастов, вкусов, взглядов - все оказываются вовлечены в увлекательное действо. И (по секрету) никакое другое времяпрепровождение не расскажет столько о  человеке, как часик за какой-нибудь настольной игрой. Только смотри – всё-всё вылезает наружу, когда человек в азарте забывает про самоконтроль. А современные игры эволюционировали настолько, что в азарте бывают абсолютно все.
Моё первое озарение случилось, когда я увидела игру Диксит. К этому моменту я как-то вообще подзабыла, как можно развлекаться большой компанией, никуда не ломясь. Я что-то много работала, потом родила второго сына, потом засела дома, и когда со мной случился выход в свет, да ещё в большую и малознакомую мне тусовку, я прям не знала, куда себя деть. И вдруг, эта большая тусовка мирненько так расселась за большим столом и давай метать карточки на стол. И меня, кормящую мать с трёхмесячным младенцем у груди, как магнитом туда повлекло. Потому что картинки на карточках были, как говорили в нашем детстве – взрыв мозга. И сама механика игры – тоже взрыв мозга)) Именно это чувство я тогда испытала, по-другому не скажешь.
Хотя сами правила игры в Диксит  предельно просты, в отличие от многих других современных игр. На руках у игрока имеются карточки с картинками. О-о-очень странными картинками. Игрок в свой ход достаёт одну из своих карт, кладёт на середину стола кверху рубашкой и говорит свою ассоциацию на то, что на ней нарисовано. Поскольку картинки о-о-очень странные, ассоциации возникают самые пространные и разнообразные. Остальные игроки, не видя самого загаданного рисунка, пытаются в своих карточках отыскать  что-то похожее на озвученную ассоциацию. Наиболее подходящую карточку они так же кладут вниз лицом. А потом все карточки переворачиваются рисунками вверх и задача всех - отгадать ту картинку, которая была загадана игроком первоначально. А загадать её он должен был настолько понятно, чтобы его картинку нашли среди прочих, но при этом настолько не очевидно, чтобы отгадали её не все игроки. Иначе он остаётся без очков .  Ну, потом там определённым образом считаются ходы и очки, но по большому счёту это уже второстепенно, хотя в итоге даже победитель есть и в этом тоже есть свой азарт. Но в действительности самое интересное начинается в момент загадывания и отгадывания. Потому что прямого названия к рисункам в этой игре не подберёшь. Все зависит от кругозора, прочитанных книг, посмотренных фильмов, любимых рифм, общих цитат,  знакомых картин, от фантазии, наблюдательности, воображения и интуиции.  И толчком к ассоциации у разных людей могут стать совершенно разные нюансы одной и той же картинки, и ассоциации эти могут быть весьма многоэтажными.
При всём при этом, удивительно, что возраст тут роли не играет. Умудрённый опытом интеллектуал может играть хуже, чем 10-летний ребёнок. И специально вымученная ассоциация, призванная продемонстрировать всем собравшимся глубину познаний участника, порой проваливается, а придуманная по наитию – собирает максимум баллов. И вот играешь с разными людьми и понимаешь, что вообще о них ничего не знала. 
Что, оказывается, вот он так интересно думает, и вспоминает какие-то неожиданные вещи, и связывает такие разные явления. А вот он, не видит дальше своего носа и ассоциации у него такие плоские и прямолинейные, что аж скулы сводит…   Или оказывается, что вот с этим-то человеком у тебя полное взаимопонимание, вот он каждый раз тебя отгадывает и понимает, хотя ничто и не предвещало и в жизни ты не наблюдала какой-то духовной близости между вами. И смотришь на этого человека другими глазами. Потому что именно это игра не про «знать» и «видеть», а про «чувствовать» и «понимать».  А не это ли главное в жизни?


  Девушка с букетом


Мне приснилась моя первая любовь. Пустой сон. Вот он приехал откуда-то, вот мы встретились, вот он меня обнял и… миг откровения прервался моим пробуждением.
  Моя первая любовь не была взаимной. Она вообще была совсем детской, глупой, неопределённой, непонятной и всё же, я думаю, много определившей в моей жизни. Она как бы в прошлом, и как бы нет. Она в какой-то другой, несостоявшейся реальности. Могла бы быть, хоть сейчас, но почему-то прошла мимо. Возможно к счастью. Возможно… Кто знает, какой бы была я, если бы всё пошло по-другому.
  Он был старше меня на 5 лет. Когда тебе 11  – это непреодолимая пропасть. Мы с соседскими девчонками торчали в деревне по три месяца кряду и изнывали от летнего зноя, однообразных развлечений, одних и тех же лиц. Мы таскались по деревне из конца в конец и горланили песни, болтали ни о чём, дышали туманами, звёздами млечного пути, ягодами, придорожной пылью и скошенными лугами. В сезон дождей мы неделями сидели дома и читали Джека Лондона, Дюма, Беляева, слушали ворчание печи и шорох дождя и незаметно взрослели. Ничего удивительного, что первый же персонаж мужского пола, появившейся на нашей улице, мгновенно разбил моё как следует подготовленное всей окружающей атмосферой сердце. Мои подружки оказались особами прагматичными и их бастионы почему-то не пали. А, может они просто не были пропитаны Лондоном, Дюма и Беляевым в такой концентрации как я… Но я влюбилась, тихо, несчастливо и основательно. Хотя в тот момент я об этом не думала. Я просто умирала от того, как колотится моё сердце, когда он мелькал в низеньких окнах моего дома - приезжал в нашу деревню всего на пару недель проведать бабушку.
  Жизнь замирала. Во всяком случае для меня. Я сидела в своей аскетичной избе, смотрела в книгу и каждой клеточкой слушала улицу. Его дом – через один от нашего. Выйдешь в огород – слышно голоса из-за их забора. У него мотоцикл. Вот он его завёл и уехал. Если ещё рано, то не всё потеряно – купаться или в лес. Вернётся, наверное, к вечеру, когда вся наша компания выходит гулять. Можно будет и его позвать. А если уехал вечером, то хоть бросайся на кровать и реви – на ночную рыбалку с дедом или в соседнюю деревню к друзьям, то есть сегодня я его не увижу.
  Он тосковал в нашей деревне. Скука. Шайка грязных девчонок-малолеток по соседству, комары, огород и глухой лес через дорогу. Именно от безделья нам и перепадали крохи его внимания.
  - Ну что, можно к вам? – ленивый голос с тёмного крыльца, когда мы фланировали в сотый раз по деревне из конца в конец – занятие за которым прошли почти все летние вечера моей молодости.
  - Валяй, - вяло откликнулся кто-то из девчонок. Они, прямо сказать, его недолюбливали. Дрищ. С самомнением. Бренчит на гитаре и считает себя сердцеедом. Говорит свысока, вроде мы тут все дурочки деревенские. При этом таскается с нами, так что о своём о девичьем так запросто и не поболтаешь… Но что делать, не гнать же в глаза. Деревня – большая семья, там свой этикет. Тем более, все знали, как неровно я к нему дышу.
  - Да это потому что на безрыбье и рак рыба, - говорили мне подружки. – Чего хорошего-то в нём? Плюнь…
  Но я плюнуть не могла. И вот моё счастье в синтетических  трениках, руки-в-брюки, пристраивается в нашу шеренгу и променад по единственной деревенской улице продолжается.
  Светский ритуал: как дела, учёба, надолго ли в нашу глушь?.. И через несколько минут все уже весело хохочут над какой-то его байкой. А ещё через полчаса мы сидим в поле за деревней, жжём костёр из дров, которые притащил мой кумир, печём картошку, которую выкопали прямо на этом же поле и слушаем незамысловатые гитарные аккорды. И переполняющее меня счастье щёлкает в черном небе искорками костра…
  …Когда тебе 11 и тебя накрыла первая любовь, сложно сказать, чего ты от неё ждёшь. Чувства зелены, как крыжовник в июне. Нет тяги, нет страсти, нет ревности. Нет томления и бессонных ночей. И аппетит прекрасен, как и должен быть у растущего организма на свежем воздухе. Вот только сердце раздувается, как воздушный шар, и каждая пора твоего поджарого загорелого тела превращается в локатор: уехал, приехал, прошёл, сказал… И просто факт существования его по соседству переполняет тебя настолько, что больше ни для каких эмоций места не остаётся.
  …Когда тебе 16 и в тебя втюрилась большеротая вчерашняя первоклассница с двумя нечесаными хвостиками и стоптанными сандалиями на пыльных ногах, сложно сказать, чего ты от неё ждёшь. Уже есть и тяга, и нега, и томление. А кроме всего есть прекрасная зеленоглазая москвичка с чёрной косой до попы, косой, которая виляет как хвостик, при каждом шаге…
  Москвичка закончила школу и приехала отдохнуть после выпускного. У неё высокий дом на холме, откуда все время легонько звучит музыка. Москвичка не давит колорадских жуков на асфальте бабушкиными калошами, а читает книгу в гамаке, натянутом на большой берёзе. Она не трещит как сорока и не хохочет во всё горло, а говорит тихим грудным голосом и смеётся, словно кошка мурлычит. Она умеет смотреть так, что её большие глаза кажутся просто фантастически огромными - немного снизу вверх. И в то время, когда мы возвращаемся с лесного грибного или ягодного промысла, замотанные в косынки, пахнущие антикомариными мазями, в ботах на три размера больше, Москвичка прогуливается по лесной тропинке в сарафане и собирает огромный букет полевых цветов.
  Меня лично доконал это букет. В моей деревенской жизни до того момента не было места букетам. Коса, глаза и даже чуждый всему трудовому деревенскому быту гамак я ещё могла принять. Но букет… Букет произвёл на меня эффект взорвавшейся гранаты. Именно в тот момент я осознала, что все, все без исключения особи мужского пола, увидевшие девушку с букетом, влюбятся в неё, даже если я буду каждый день причёсываться и мыть ноги… И среди моих незрелых чувств появилось одно вполне себе сформировавшееся – стойкая неприязнь.
Как ни странно, даже если тебе 11, женская интуиция работает в полную силу. И в Москвичку действительно влюбились все мальчики, парни, мужчины нашей деревни. И 20-летний деревенский увалень Миша, и маленький, гораздо младше меня, Сержик, и, разумеется, он - мой сосед, моя первая, непрожитая, а потому и неизжитая любовь.
  Он зачастил в деревню. Он то и дело мелькал на улице. На мотоцикле и на велосипеде. С вёдрами – за водой. С сумкой – за хлебом. С тачкой – за песком. Он даже стал ловить рыбу в маленьком прудике рядом с её (а заодно и моим) домом, хотя мы все прекрасно знали, больше пиявки в этом болоте не поймаешь. Он стал болтаться с нами, соорудил кострище под огромной липой в конце деревни и его гитарные аккорды стали гораздо разнообразнее. Москвичка иногда снисходила до нашей компании. В чёрные для меня дни. Он не сводил с неё глаз. Он перестал подсмеиваться надо мной и замечать мои огненные взгляды. Он потерял свой бравый вид заядлого ловеласа и глупо вилял хвостом, готовый броситься выполнять любую прихоть девушки с букетом.
  Как жаль, что мне было 11. Что я была чумазой, одетой в какие-то деревенские лохмотья некрасивой едва подросшей девочкой. У меня не было ничего, что можно было бы противопоставить ей, столичной паве. Ни умения бросать томные взгляды, ни женского лукавства, коварства, хитрости. Ни любимой музыки, ни любимых поэтов, ни косы, ни попы… У меня не было шансов…
  Как здорово, что тогда, когда меня накрыла первая сильная любовь, мне было всего 11. Что я не вкусила этого духа соперничества, разъедающего и куда более закалённые души, чем имеется у девочки тех моих лет. Что моя ревность была мелкой и кислой, как неспелый крыжовник, а не огненной и хмельной, как глоток крепкого алкоголя. Что меня не обезволили нега и страсть, и что я ни разу не уронила своего достоинства безответными признаниями, сопливыми письмами и глупым мщением…
  Лето из лета я молча страдала. В какой-то точке июля-августа все пересекались на нашей пыльной, заброшенной цивилизацией деревенской улице. Я видела, как она, моя соперница, пользуется своими поклонниками: один коротает с ней скучные вечера, другой носит ароматную землянику, третий выгуливает её пса. Она хорошеет и держит со всеми нейтралитет, никого не гоня со двора. Так было несколько лет. А потом наше беззаботное детство кончилось. Бам! И наша деревня, та моя деревня, пропитанная зноем, запахами ягод и первой любовью закончилась, как заканчивается книга. Переворачиваешь последнюю страницу и больше нет ни того мира, ни той истории, ни тех героев.
  У нас у всех начались экзамены, учёба, работа, поездки. Новые встречи, новые друзья и новые чувства. Теперь уже мы все приезжали в деревню наскоками – на выходные или в отпуск, в гости к бабушке или чтобы насобирать грибов. Мы не виделись с ним несколько лет. О, он теперь не пустословый дрищ в трениках, а морской инженер, бороздящий европейские моря и мировые океаны на огромном лайнере. Он высок, блондинист, эрудирован и… одинок. Да и мне давно не 11. Хвостики и сандалии остались где-то там, в прошлом.
  И вот она – случайность. Надо же и ему и мне умудриться приехать в одни и те же выходные за все лето. Мы снова соседи. Сердце по привычке оборвалось и… вдруг выдохнуло и застучало в обычном ритме. Эй, сердце, что с тобой?! Вот он, приехал! Никого нет из нашей компании. И Москвички нет. Эй, раздувайся же, как воздушный шар!!! «Не-хо-чу» – вялая морзянка в левом запястье. Ну и пускай с тобой, я хочу, обойдусь без твоих сбивчивых ритмов!
  Он у моего крыльца. Стоит. Заглядывает в окна и ждёт, когда я выйду. Да могла ли я подумать, все годы моей любви, что такой момент будет. И пускай это визит вежливости – мол подруга детства, соседка, сколько лет сколько зим…
  …Тёмное крыльцо его дома. Тёмная и пустая деревня. Туман на лугах, млечный путь в волосах, шорохи сверчков, листвы и ночных птиц, ароматы рос, трав, пыльных дорог. О чём тут говорить? Мы и не говорили… И вдруг:
  - Я, пожалуй, пойду домой, мне пора, - произнесла я окончательно распухшими губами.
  Сказала и сама удивилась. Много лет я мечтала сидеть у него на коленях. Все те годы, пока он смотрел влюблёнными глазами на девушку с букетом. Пока он жил в другом городе. Пока он проезжал мимо моего дома на мотоцикле. И вот же, не сидится.
  - Давай я тебя провожу, - долгий, понимающий серый взгляд. – Если бы тебе тогда было не 11, всё могло бы быть по-другому…
  - Угу. Пока.
  И я сбежала. Потому что уже ничего не было по-другому. Моя первая любовь осталась там, где мне было 11. В какой-то другой реальности. А в настоящем мое сердце стучало ровно и никак не участвовало в нашем свидании (подозреваю, что и его тоже так и не застучало, несмотря на «ух, какая ты стала!»). Моё же 17-летнее сердце не хотело бить чечётку по старой памяти, а без его аритмии, как оказалось, никакой млечный путь, ароматы трав, туманы и даже никакие горячие поцелуи не дают нужного эффекта головокружения.

  …Время идёт и идёт. Мы с ним давно живём своими жизнями, надеюсь, счастливыми, и больше не видимся. И всё же, когда я приезжаю в деревню, вижу знакомый поворот к его огороду, чувствую запах его дома и ловлю лукавую и всезнающую улыбку его бабушки, моё сердце на секунды скатывается куда-то в прошлое, туда, где мне 11 лет, и вдруг начинает биться в каком-то радостном предвкушении… И я думаю – всё же хорошо, что он тогда не ответил мне взаимностью, не дал мне переболеть этими чувствами, не выработал иммунитета, и что у меня навсегда остался этот портал, колодец времени и чувств, ухнув в который я могу пусть на мгновения, снова испытать те смятение, ожидание и надежду, которые доступны только во время первой большой любви…